1

Потеря Россией проектов «совместного осуществления» после 2012 года - это потеря для национальной экономики

Екатерина Успенская, Ольга Сенова

Отказ России от участия в Киото-2 означает сплошные потери: для федерального бюджета, для бизнеса, для общества и для окружающей среды в целом. Но в России уже запущен механизм «совместного осуществления», и его было бы выгодно «встроить» в российскую государственную климатическую политику, в систему регулирования атмосферных выбросов и стимулирования экологических инвестиций в проекты энергоэффективности и ресурсосбережения.

20 декабря в Москве прошла встреча, организованная общественной организацией «Деловая Россия» (союз предпринимателей и отраслевых союзов), на которой были обсуждены итоги 17-й Конференции Сторон РКИК ООН в Дурбане и перспективы Киотского механизма «совместного осуществления». На встрече присутствовали представители правительственных структур, отвечающих за государственную политику на данном направлении, а также ведущие эксперты, усилиями которых уже в течение многих лет поддерживается развитие климатической политики Российской Федерации.

Обобщив итоги конференции в Дурбане, большинство участников совещания пришло к выводу о том, что принятие решений о вступлении в силу нового международного климатического соглашения не ранее 2020 года, о втором периоде обязательств по Киотскому протоколу (2013 - 2020) и об отказе России от международных обязательств по ограничению выбросов парниковых газов на этот период, означает для нашей страны:
потерю около 6 млрд. единиц установленного количества (тонн СО2-эквивалента), которые по нынешним ценам европейского рынка оцениваются в более чем 30 млрд. Евро;
отказ от участия в развитии и организационно-методологическом совершенствовании проектных механизмов выполнения обязательств;

ликвидацию существующих правовых условий для сохранения единственного действующего в России инструмента реализации проектов сокращения парниковых выбросов и для капитализации результатов уже осуществляющихся проектов;

потери для федерального бюджета с учетом недополученных налогов и сборов, которые составят (в пересчете в основной валюте «углеродного» рынка) около 6 млрд. Евро, для бюджетов субъектов и муниципальных образований РФ - более 1 млрд. Евро, а с учетом недополученного налога на имущество - более 3 млрд. Евро. Всего за предполагаемые 7-8 лет второго периода Киотского протокола прямые налоговые потери бюджетов всех уровней для Российской Федерации могут превысить 400 млрд. рублей. С выходом России из механизмов Киотского протокола исчезает и одна из важных возможностей финансировать сдерживание роста энерготарифов и платежей за сверхнормативные выбросы;

• социальные потери, в том числе, утрату возможностей создать десятки тысяч новых рабочих мест как в перспективных, так и в нуждающихся в модернизации отраслях.
Участники совещания отметили, что сейчас в России на основе механизма «совместного осуществления» начал использоваться финансовый инструмент, стимулирующий реализацию проектов модернизации и энергосбережения в различных отраслях промышленности, в том числе проектов технического перевооружения в металлургии, электроэнергетике, проектов утилизации попутного нефтяного газа, шахтного метана и многих других. Для подавляющего большинства проектов использование этого механизма явилось стимулом для мобилизации и привлечения отечественных инвестиционных ресурсов. Для многих таких проектов этот инструмент играет критически важную роль финансового рычага для их запуска, а для некоторых является, фактически, единственным источником реального финансирования.

Российский механизм реализации климатических проектов предусматривает реинвестиции доходов, что открывает хорошие перспективы для расширения проектной базы и развития системы, стимулирующей энергоэффективное, инновационное развитие с максимальным учетом экологических критериев. Отказ России от участия в «Киото-2» фактически означает отказ от использования реинвестиционного потенциала уже готовых проектов, объемом порядка 3 млрд. Евро.

Выход России из второго периода Киотского протокола не только лишает ее возможности в обозримом будущем быть участником существующих и разрабатываемых механизмов выполнения международных климатических обязательств, но и позиционирует ее вне какой бы то ни было системы регулирования выбросов парниковых газов. Климатические обязательства России при таких обстоятельствах к концу 2012 г. превратятся лишь в декларацию о намерениях, лишенную конкретного международного или российского нормативно-правового содержания и инструментов реализации. Это повлечет за собой, в том числе, и рост рисков и угроз протекционистских мер против российских экспортеров углеродоемкой продукции. При этом никаких серьезных признаков создания собственной эффективной системы регулирования выбросов парниковых газов в России пока не просматривается.

Продолжение участия России в международных обязательствах и механизмах второго периода Киотского протокола как ключевого и потенциально доминирующего субъекта глобального «углеродного» рынка, страны, обладающим наибольшим «климатическим» инвестиционным потенциалом, - в интересах, в первую очередь, самой России. С уходом России с «углеродного рынка» внимание финансово-инвестиционных структур переместится в сторону Украины и Казахстана.

В целом участникам обсуждения представляется целесообразным «встроить» существующий механизм «совместного осуществления» в российскую государственную климатическую политику, в систему регулирования атмосферных выбросов и стимулирования экологических инвестиций в проекты энергоэффективности и ресурсосбережения.

По их мнению, это позволит, в том числе, и взаимодействовать в этой области как с нашими ближайшими партнерами (Казахстаном, Белоруссией, Украиной), так и со всеми ведущими экономиками мира, которые все в тех или иных формах развивают и используют аналогичные системы и механизмы.

Участие в «Киото-2» не только не противоречит принципиальной нацеленности на достижение нового всеобъемлющего и справедливого климатического соглашения, а, наоборот, позволит подойти к такому соглашению с обоснованными обязательствами и позицией и укрепит роль России как одного из ключевых участников процесса разработки такого соглашения.

В этом контексте представляется необходимым рассмотреть вопрос о содержании российской климатической политики, о рисках и возможностях развития внутренней системы «парникового» регулирования и, в то же время, о целесообразности участия во втором периоде Киотского протокола, как с точки зрения глобальных климатических обязательств России, так и с точки зрения ее прагматических социально-экономических интересов.

В завершение встречи участники обратились к Минэкономразвития с просьбой
в двухмесячный срок провести оценку рисков и угроз российским социально-экономическим интересам, возникающим в связи с возможным выходом России из системы международных климатических обязательств по Киотскому протоколу, а также оценить целесообразность создания национальной российской и региональной систем регулирования выбросов парниковых газов и стимулирования их сокращения;
на основании выполненной оценки подготовить и представить в Правительство Российской Федерации конкретные предложения о реализации мер, обеспечивающих защиту экономических интересов России в связи с решениями, принятыми на Конференции в Дурбане.